Часть  2.   Тегеранская конференция (28 ноября—1 декабря 1943 года)

Тегеран, Иран. Укреплённый компаунд Сталина. Доносятся звуки солдатских песен «Тучи над городом встали, в воздухе пахнет грозой...» и «Тёмная ночь, только пули свистят по степи...». В компаунде Сталина расположился также Рузвельт со своей  делегацией, несмотря на недовольство Черчилля, предлагавшего ему резиденцию посольства Англии, где расположился Черчилль.

Сталин («Джо»), Рузвельт («Франк»), Черчилль («Винни»)

Рузвельт:             Joe, I am very happy to see you!

                              I tried hard to make this happen.

                           Your compound is good for my crew

                                 And  I  don’t  like  this  lapin.

Franklin Roosevelt (1882-1945)—самый выдающийся руководитель США, четыре раза избранный на пост президента и служивший беспрецедентные 12 лет на этом посту в один из самых трудных для США периодов (1933-45). Почитается в США не менее, чем  Lincoln  и   Washington. С 1921 года был парализован и прикован к своей инвалидной коляске.    Верный сторонник и  друг Сталина.   Одним из первых актов Рузвельта в 1933 году,  когда он стал президентом,  было признание России и установление с ней дружественных отношений.

Сталин:           Рад видеть тебя в моём доме,

                        Франк! Как в нашем профкоме...

                         Ты  Черчилля  имеешь  ввиду?

                         Ха-ха,  этого  толстяка-балду...

                          Он меня сначала очаровал,

                           А    потом...  разочаровал.

                         Его домик — довольно убогий,

                       У меня с ним — никаких аналогий,

                          Но  он  приглашён  на  обед.

                          Это — его любимый предмет.

Рузвельт:        По лендлизу я даю ему в три раза

                       Больше, чем тебе, Джо, но без толку.

                         От Черчилля нет никакого экстаза,

                          Только  говорит  он  без  умолку!

 Появляется Черчилль с пакетом в руках.  Разворачивает его и вынимает сверкающий меч, инкрустированный бриллиантами. Подаёт меч Сталину.

Черчилль:         Джо, это тебе подарок от короля...

                           Защитнику цивилизованного мира,

                              Великому   владыке    Кремля

                         И победителю германского вампира!

                            You are, indeed, Stalin the Great,

                            Europe conqueror as sure as fate!

                            Сталинград и Курск — две битвы

                              Решили  исход  всей  войны,

                              Они  как  гигантские  бритвы

                         Смели пол-вермахта с лица земли.

 Курская битва, продолжавшаяся два летних месяца 1943 года, была крупнейшим сражением в мировой истории. В нём приняло участие до четырёх миллионов воинов с обоих сторон, несколько тысяч танков и самолётов. В качестве сравнения, в Нормандии, где союзники через год открыли второй фронт, вооружённых сил с обоих сторон участвовало примерно в десять раз меньше, чем в Курской битве. Между тем, в западной историографии именно сражение в Нормандии описывается больше всего и представляется, таким образом, как крупнейшее сражение Второй мировой войны.

Сталин:           Винни, берёшь слишком широко...

                            До  победы   ещё   далеко.

                               С  русским  народом

                               Легко быть великим,

                             Он — из витязей родом,

                               Не   чета — безликим.

 Сталин берёт меч, целует клинок и передаёт Ворошилову, стоящему сзади. Ворошилов берёт меч и неловко роняет его на персидский ковёр. Все смеются. Садятся за стол. Разговор продолжается за обедом и затем на заседаниях следующие три дня.

Черчилль:       Джо, вы с Франком полгода

                      Договаривались об этой встрече,

                         А меня Франк как вездехода

                           Пригласил   на   это   вече.

                       Бизон США и русский медведь...

                          Я,   как   кролик   меж   вами

                          И не трудно догадаться ведь,

                         Вы мир теперь поделите сами.

Сталин:          Винни, слишком много слов.

                           Оставим  это  для  ослов...

                         Пусть Франк ведёт беседу

                          Как нам одержать победу.

                          Когда будет второй фронт,

                          Настоящей помощи фонд?

Рузвельт:            Винни  не  очень  хочет

                            Открывать второй фронт...

                          Ждёт, когда сдохнет кочет,

                            Когда очистится горизонт...

Черчилль:        Думаю, победа — не за горами.

                            Надо Польши решить судьбу...

                             Что  будет   с  её   берегами,

                        Когда русские устроят там гульбу?

Стлин:             У  тебя — и  армия,  и  авиация,

                          Начинай войну — не агитацию...

                              Высади в Польше войска,

                               Громи    Гитлера-гусака...

Черчилль:            Ты  шутишь,  наверно,  Джо,

                              Гитлер побьёт нас как детей.

                              Предание это слишком свежо,

                              Вся надежда на твоих людей!

Рузвельт:         Когда Гитлер на Россию напал,

                          «Через  месяц  ей  будет  каюк»,

                             Мой военный министр сказал:

                       «Ведь всю Европу собрал этот паук!»

                             Уж  третий  год  Россия  стоит

                            Против сборной всей Европы.

                            Теперь отступает везде бандит,

                            Не спасут его все его холопы!

                        Винни, твоя обструкция неуместна,

                              Нам нужно Сталину помогать.

                         Дальнейшая проволочка бесчестна,

                                Пора    в   войну   вступать!

                                Джо  прав.  После  решим,

                                Что делать с Польшей  нам,

                            А мы голосованием простым

                              Откроем путь нашим полкам.

 Сталин и Рузвельт поднимают правую руку вверх.   Черчилль держит обе руки в карманах.

Рузвельт:          Два — за, один — воздержался.

                     Решение принято. Открываем летом

                         Второй фронт!  Винни, ты жался...

                         Руководствуйся   этим  декретом.

                         Мне с Японией надо рассчитаться,

                          Джо поможет  мне  взять  Восток.

                         Без России не могу за это браться,

                         Вся надежда—на русский прыжок.

Сталин:                Моё  слово — гранит,

                            Любой враг будет бит.

            Побьём Гитлера — возьмёмся за Восток.

                    Я  даю  тебе  российский  зарок!

Рузвельт:       Теперь  нам  надо  решить,

                     Как устроить мир  после войны.

                        С этим делом нельзя шутить,

                  Все страны должны быть включены.

                    Организацию Объединённых Наций

                              Нам нужно создать,

                     Чтобы судьбу наших цивилизаций

                              В  свои  руки  взять.

Сталин:            Без  России   согласия

                         Будет в мире катавасия.

                           Любых   дел   решенье

                   Требует России благословленье.

Рузвельт:           Джо,    какой   разговор!?

                      Конечно, мы без России — никуда...

                                   ООН Российский приговор

                                     Будет   законом   всегда.

                               Итак,  кто — за,  поднимем руки,

                             Давайте возьмём ООН на поруки!

 Все поднимают правую руку вверх.

Рузвельт:           Конференция «Эврика» закрывается —

                                  Второй   фронт   открывается!

 «Эврика» -- кодовое название Тегеранской конференции.

После конференции: Сталин, Молотов и Ворошилов

                                   «Мы в…бли англичан»,

                                      Сталин   усмехнулся:

                                     «Черчилль—болван,

                                  В расчётах промахнулся.

                                    Сорвать  хотел  дело,

                                     Насцал на своё тело.»

                  Часть  4.   Ялтинская конференция ( 4-11 февраля 1945 года)

   Ливадия, царский дворец, с видом на Чёрное море—квартира Сталина и Рузвельта. Доносятся звуки военных лирических песен  «На позицию девушка провожала бойца...» , «Хоть я с  вами совсем незнаком и далёко отсюда мой дом...».     Квартира Черчилля — в Воронцовском дворце, в 8 км от царского. Ялта и окрестность дворцов — в руинах и минах, оставленных немецкими оккупантами. Однако они не взорвали дворцы как исторические реликвии. Оба дворца были приведены в порядок, близкий к тому, который был при царе: специально изготовленная мебель была доставлена из Москвы. В делегации США и Англии было около 700 человек: министры, послы, советники, генералы, охрана, обслуживающий персонал. Деловая часть каждый день сопровождалась пышными пирами с тонкими винами, редкими явствами и деликатесной едой, приготовленной лучшими поварами Москвы. Тосты, шутки, веселье.    В это время армия Жукова была в 60 км от Берлина.   Сталин, победитель Гитлера, принимал знатных гостей, чтобы устроить послевоенный мир на своих условиях.   Россия и Сталин поднялись на вершину мировой славы — самую высокую во всей истории человечества. Атмосфера дружбы и сотрудничества.

Первое заседание. Сталин:  Франк — идеальный прдседатель.

                                                          Ему  вести  все  дебаты.

                                                       Он  будет  мира  созидатель,

                                                         Его любят мои солдаты.

   Все поднимают руки в знак согласия.

   Рузвельт:            Ну, что ж, друзья, на нас лежит задача

                                 Устроить мир после войны добротно,

                                  Жить в согласии, без людского плача,

                                  И   исключить   войну   бесповоротно.

                              Империализм и колониализм — наш враг,

                                 Англия должна освободить колонии,

                                   Фашизм  мы  выбросим   в  овраг,

                                  Покончим  с  ним,  без  церемоний.

                                  Тесный  союз  и  вечная  дружба

                                 Америки с Россией — это моя цель.

                                 Достичь  её  — моей жизни служба,

                                Такой  союз — вот  мира  цитадель!

                                   Но сначала нам надо решить,

                             Что делать с Гитлером и его друзьями,

                                   Как  будем приговор вершить,

                                 Когда  поймаем  его  с  холуями?

 Черчилль:              Как, что?  Конечно, расстрелять!

                                      Нам   не   надо   тут   вилять.

  Рузвельт:                Открытый суд, международный,

                                    Устроить  надо  над  фашистами

                                    И убедить  нам  мир свободный

                                  Покончить навсегда с авантюристами.

                                        Нужно  установить прецедент

                                Правосудия за преступления против мира,

                                        Чтобы за подобный инцидент

                                     Рубила   головы  судебная  секира.

     Сталин:                           Согласен.  Так  и  быть.

                                            Чтоб никто не мог забыть.          (Заседание закрывается.)

        Второе аседание.

  Рузвельт:                Что мы будем делать с Германией

                               После её безоговорочной капитуляции?

                                   Надо  покончить  с  германоманией

                                И достичь её полной демилитаризации.                    

                                  Предлагаю разбить её на пять наций,

                                        Какой она до Бисмарка была,

                                     Чтоб  избежать  её  военизации

                                      И не встревать в опасные дела.

 Черчилль:               Я не уверен, что это лучшее решенье.

                                     Как  запретить  их   воссоединенье?

  Сталин:                     О  том,   без   лишней   реляции

                                    Договоримся после капитуляции.       (Заседание закрывается.)

      Третье заседание

  Черчилль:               Полякам выборы нужны,

                                  Чтобы вернуть правительство...

                                  Что в Лондоне учреждены

                                    Под нашим покровительством.

 Сталин:                      Польша  ныне свободна

                                 Благодаря русскому люду.

                                        Она   нам   сродна,

                                     Как   горб    верблюду.

                                         Мы   не   посадим

                                           Туда       врага,

                                         Сами  всё  уладим

                                         Без вашего батога.

 Рузвельт:                Сталин — прав,  безусловно!

                                            Это — его   арена...

                                Давайте решим то полюбовно,

                                          Без всякого крена.

   Сталин:                      Итак,     решено:

                                   Не крутить веретено.        ( Заседание закрывается.)

   Четвёртое  заседание

   Рузвельт:                Нам на Тихом океане нелегко,

                                       Японцы дерутся как черти.

                                       До   победы   там    далеко,

                                        Они   не   боятся   смерти.

                                     Без русских нам их побить

                                    Невозможно...  Это  очевидно.

                                      Хочу   Россию   уговорить

                                   Заступиться там за нас солидно.

                                       Мы с русскими как братья

                                      Будем  жить  после  войны.

                                   Скрепим-ка то рукопожатьем,

                                 Чтоб все сомненья были сметены!

 Подаёт руку Сталину. Крепкое рукопожатье Сталина и Рузвельта.

 Сталин:                        Без  всякой   истерики

                                       Мы — друзья Америки.

                                  Три месяца на дислокацию,

                                   Чтобы  начать   эту  акцию.

                                  Японию поставим на колени

                                        Без   сомненья   тени.                ( Заседание закрывается.)

        Пятое заседание

  Рузвельт:                Нужно скрепить договором

                             Организацию Объединённых Наций,

                                    Положить конец раздорам,

                                    А   также   и    колонизации.

                                      За  Россией — право  вето,

                                     Без  неё  ООН  невозможна,

                                       Без  российского  совета

                                   Все дела решать нам сложно.

  Сталин:                         Добро.  Пусть будет.

                                          От  нас   не  убудет.                    ( Конференция закрывается.)

        Пир-банкет.

   Черчилль—Рузвельту:         Дядю Джо нельзя сердить,

                                                    Он как гранитная основа.

                                                    Хотя его нелегко убедить,

                                                    Сталин держит своё слово.

  Рузвельт — Черчиллю:          О,  дядя Джо — мой  кумир!

                                                   Великий лидер своего народа,

                                                 Военных дел искусный командир,

                                                  В политике он также — верховода.

   Черчилль (поднимает тост):    За Великого Сталина тост предлагаю!

                                                                 Имя его произносят повсюду...

                                                           Я   с   удовольствием   хвалу   слагаю

                                                                Такому  замечательному  чуду!

    Сталин:                      Я  пью за мой народ,

                                         Великий    русский!

                                         Это — титанов  род,

                                       Не боится перегрузки.

                  Часть  5.   Убийство Франклина Рузвельта

   Действующие лица: Franklin Roosevelt (Франклин Рузвельт).   Harry Truman (Гарри Трумэн ). Sidney “Sidny” Hillman (Сидни Гилман)—бывший член российского БОНДа, босс тред-юнионов США, ближайший соратник Рузвельта, сыгравший решающую роль в президентских выборах 1940 и 1944 годов, а также в назначении Трумэна вице-президентом в 1944 году.   Samuel “Sammy” Rosenman (Самуил Розенман)—спич-райтер Рузвельта, который писал президенту тексты речей и публичных выступлений.  Howard Bruenn (Ховард Бруин)—личный врач Рузвельта. Lucy Mercer(Люся Мерсер)—любовница Рузвельта.  Senator Taft (сенатор Тафт)—республиканский противник Рузвельта в сенате. Доносится гимн США.

   8 апреля 1945 года.  Вашингтон, квартира Гилмана. «Сэмми» Розенман. «Сидни» Гилман

 Гилман:                          Сэмми,   настал   наш  час!

                                    «Медлить нельзя», Давид сказал:

                                        «Ваш босс с Саудом, без нас

                                           Дружбу   навек   завязал.

                                        Он  твёрдо  обещал  Сауду

                                      Сугубо арабскую Палестину;

                                      Там места не будет талмуду,

                                         Он   всё  отдал   бедуину.»

                                         Сэмми, это значит, конец

                                         Мечте о земле обетованной,

                                         Которую дал Моисей, отец

                                        Израиля, страны богоданной!

    Давид Бен Гурион (1886-1973)—вождь сионистов, бывший террорист, основатель государства Израиль, известного также под названием Сион. Ибн Сауд (1880-1953)—основатель и первый король Саудовской Аравии. Моисей—античный вождь евреев, который организовал и руководил ими во время их бегства из египетского рабства при Рамзесе Втором, в 13-ом веке до рождения Христа.

   Розенман:                     Я был в Ялте с боссом,

                                            Знаю  об  этой  встрече.

                                           Ялта дала великороссам

                                   То, что ни дал ни один их предтеча.

                                       Сталин был настоящий хозяин,

                                         Он боссу там всё диктовал,

                                        В  земле  российских  окраин

                                       Он нашего босса заматовал.

                                       На   обратном   пути   домой

                                           Босс   встретил   короля,

                                       Их вшивый договор бредовой

                                       Произошёл на борту корабля.

                                         Если—честно, босса жалко,

                                         Он—наш парень, неплохой.

                                           Ну,    а   Трумэна   чесалка

                                           Не   набита  ль   требухой?

                                              Ты     его     учредил,

                                          А мы его совсем не знаем.

                                            Ведь он себя не проявил,

                                        Не шило ль на мыло меняем?

  Гилман:                             Трумэн—парень   от   сохи,

                                            Кроме школы, нигде не учился.

                                          Том был в тюряге, его дела плохи,

                                                 А     Трумэн    схоронился.

                                                Вырос  на  взятках  лорд,

                                               Но играет в демократию.

                                               Дюпон, Рокфеллер, Форд

                                              Содержат его и его братию.

                                     Он дело на Форда закрыл в комитете,

                                            А  заводы  Форда  в  Германии

                                         Работают   на   Гитлера   в   секрете—

                                              Таково  Форда  предписание.

                                     Там его производства — половина машин.

                                            У меня все документы — в руках,

                                         Что  Трумэн в курсе этих чертовщин.

                                           Народ   узнает—его   дело   швах.

                                   Когда я его боссу выдвигал в VP, (вице-президент, «випи»,   

                                                                                 с ударением на последнем слоге)

                                         Я   показал  Трумэну  компромат.              

                                            Парень понял,  что он на цепи.

                                Теперь он будет служить нам, шмат!  (шмат—тряпка, идиш)

                                          Сэмми, брось свои сомненья,

                                             Мы уже прижаты к стене.

                                           Ведь в случае промедленья

                                           Нам придётся жить на дне!

                                            Мне  тоже  жалко  босса,

                                           Я  два раза  его  выбирал.

                                     Пришла пора свалить колосса,

                                          Настал решающий аврал.

 Tom Pendergast — покровитель и друг Трумэна, знаменитый босс-мафиози демократической партии, контролировавший штат Миссури и сыгравший решающую роль в карьере Трумэна. Во время войны Трумэн возглавлял сенатскую комиссию по расследованию преступных дел американских индустриалистов.

   Розенман:                    Да... это дело — не так просто!

                                     Хотя он — божий одуванчик, дохлый,

                                         Голова   варит   у   прохвоста

                                       И  мозг  его  вовсе  не  усохлый.

  Гилман:          У него давление в два раза выше нормального,

                                    Сосуды надуты, того и гляди лопнут.

                                     Для нашего дела сакраментального

                                             Они    его    и    прихлопнут.

    Роземан:                   Да, Ховард сказал мне про давление,

                                         А Росс дал ему только полгода жить,

                                          Но никто не знает про это явление.

                                           А  как  мы  будем  суд   вершить?

 Howard Bruenп — кардиолог, личный врач Рузвельта. Адмирал  Ross  McIntyrе—персональный врач Рузвельта. С 1921 года Рузвельт был инвалидом и передвигался в инвалидной коляске.

                                  Он сейчас в Горячих Ключах,    (Warm Springs in  Georgia)

                                             Своём  поместье,  отдыхает.

                                          Большая конференция в верхах,

                                            В Сан-Франциско его ожидает.

                                     Организация Объединённых Наций

                                             Занимает все его мысли.

                                              Не может жить без оваций,

                                               Есть о чём поразмыслить.

                                             Он хочет править миром —

                                         (Таково его главное желанье)

                                             Всех наций командиром,

                                          Надеясь на своё очарованье.

                                          Я   пишу   для  него   его  речь,

                                     Чтобы произвести большой фурор,

                                     Но её можно и для Трумэна сберечь,

                                        А  иначе  он  будет  нести  вздор.

   Гилман:                          Ему  привезли  Люсю,

                                       Его любовницу с давних пор.

                                            Она  трафит  его  вкусу

                                        И  поднимает  его   задор.

                                   Вспомнил про секс, развратник!

                                       Они  с   женой   живут  врозь.

                                   Я — с  давних  пор  его  соратник

                                И знаю его со всех сторон, насквозь.

  Розенман:                    Да... у него не только голова,

                                         А  и  эта  штука  ещё  в  работе!

                                         Ты  думаешь,  что  эта  вдова

                                        Пригодится в нашем комплоте?

 Гилман:                        Конечно!    Босс    понимает,

                                           Что  такое   возбудитель,

                                      Который эту штуку поднимает

                                            У тех, кто секса любитель.

                                У тебя с Фоксом крепкая дружба, (Fox—постоянный слуга Рузвельта)

                                       А Фокс — его фармацевт и нянька.

                                         Для   тебя — это  лёгкая   служба

                                    Посоветовать, что надо, этому ваньке.

                                             Есть    популярная   травка,

                                             Её  все  аптекари  врачуют.

                                       Всего лишь небольшую её добавку

                                           Для этого дела рекомендуют.

                                          Ты знаешь, о чём я говорю, она

                               Не только эту штуку, а через некоторое время

                                         И давление поднимает кому дана.

                                        Вот какое это замечательное семя!

                                        Для молодых, она—трава-мурава,

                                           Что    капуста — для   бычков,

                                        А для него, это—по башке булава,

                                      Что убьёт его через несколько часов.

   Розенман:                   Ладно,  я  сделаю  что  надо!

                                           Иегова  нас  благословит.

                                       Он избавит нас от ужасов ада

                                         И наших врагов испепелит.

      Гилман и Розенман обмениваются крепким рукопожатием.

                                         Гитлеру — вот-вот  капут,

                                       Эта  проблема уже решена.

                                        Теперь  наша  задача  тут

                                            До   очевидного  ясна.

   Гилман:                         А  чтобы  никто  не  догадался,

                                     Никакого  вскрытия и гроб — не открывать,

                                            Чтобы никто даже не пытался

                                            Кого-то   из  нас   шельмовать.

                                     Все медицинские записи — уничтожить,

                                         Пустить  слух  о  самоубийстве.

                                      Тогда  никто  не может нас тревожить

                                          И будет конец всему витийству.

  Розенман:                              Так    и    решили.   

                                        А  Сталин  и  Черчилль  как же?

                                               Черчилля мы не били,

                                          А Сталина надо убрать также?

  Гилман:                   С Черчиллем расправятся лейбористы.

                                              В Англии нам дела нет.

                                           Сталина  любят  коммунисты ,

                                             У  него — крепкий хребет.

                                           Там  у  нас  есть  союзники:

                                Молотов, Калинин, Каганович, Ворошилов.

                                     Они — хотя Сталина подхалюзники,

                                   Первые среди российских юдофилов.

                                        Будет Сталин вести себя негоже,

                                             Найдём способ его убрать.

                                  От нас не спасётся ни один вельможа —

                                             Кто   будет   нам   мешать.   

    12 апреля 1945 года.    Little White House, Warm Springs, Georgia — поместье Рузвельта.

      3:45 пополудни местного времени. Ховард Бруин, врач Рузвельта, звонит по телефону в Конгресс и Белый Дом:

                                                  Президент только-что скончался.

                                                        В  мозгу — кровоизлияние.

                                                  Инсульт — в час дня. Он оказался

                                                        В   тяжёлом   состоянии.

  15 апреля 1945 года.   Похороны тела Рузвельта. Огромная толпа народа. Гроб закрыт, тела не видно.  Женщина, в толпе, шепчет своей соседке:

                                                     Говорят, он выстрелил себе в рот

                                                          И  лицо  своё  изуродовал.

                                                     Несчастный Франк, наш патриот,

                                                     Всего себя для нас израсходовал.

                                                       Его не видели даже министры,

                                                           Генералы  и журналисты,

                                                         Сенаторы  и  бургомистры,

                                                        А  не  только  мы — статисты.

  17 апреля 1945 года.  Доктор Бруин звонит в Сенат из своего оффиса:

                                                     Медицинские записи президента

                                                       Куда-то пропали из моего стола.

                                                      Ввиду такого ужасного инцидента

                                                                Мы  закрыли  все  дела.

  20 апреля 1945 года.   Президент Трумэн.  Сенатор Тафт.

           Тафт:                                  В Америке — странные слухи

                                                            Про Рузвельта кончину.

                                                            Надо избежать заварухи

                                                          И расследовать причину.

                                                               Не  было  вскрытия,

                                                              Тело — не  показали:

                                                         Подозрительные события

                                                             Всех  заинтриговали.

       Трумэн:                                      Слухи?  Я — не  идиот,

                                                        Чтобы верить в комплот.

                                                          Причина — не  зарыта,

                                                           Она  была  раскрыта.

                  Часть  6.   Потсдамская конференция ( 17 июля—1 августа 1945 года)

Начиная с Тегеранской конференции все дела решались Сталиным и Рузвельтом, а Черчилль, в основном, играл роль советника американской стороны. В середине Потсдамской конференции, 28 июля, он потерял пост премьер-министра и был заменён лейбористом. Перед отъездом на Потсдамскую конференцию Трумэн приказал испытать атомную бомбу и после её успешного испытания, когда стратегический баланс изменился в пользу США, пытался повернуть вспять политику покойного Рузвельта. Однако Сталин проявил выдержку, и все решения Ялтинской конференции были подтверждены в Потсдаме. Отношения между Сталиным и Трумэном, наметившиеся в Потсдаме, впоследствии развились в длительную холодную войну — прямо противоположную тому, к чему стремился Рузвельт.

 Доносятся звуки солдатской песни «В далёкий край товарищ улетает...»

 23 июня 1941 года, на следующий день после нападения фашистской Германии на Россию.     Заявление сенатора Трумэна:

                                    Если Россия будет побеждать,

                                   Мы должны помочь Германии,

                                     А  потом  Россию  атаковать

                                     До  её  полного  издыхания.

                                 Если Германия будет побеждать,

                                     Мы должны помочь России,

                                  Но как-можно дольше буксовать,          Реакция Сталина на

                                 До  Германии  апоплексии.                       заявление Трумэна:

                              Пусть они убивают друг друга      «Трумэн—это такая блядь,

                              Как-можно больше! Для нас        Где клеймо негде ставить!

                               Это—великолепная   услуга,         Он может Ислам принять

                            Лучше  чем  даже бомб фугас!    И тут же Иегову славить»

   Этот геополитический план Трумэна-Черчилля, по существу, продолжался до лета 1944 года, когда англо-американские войска высадились в Нормандии и открыли второй фронт. К этому времени стало ясно, что Сталин в состоянии без помощи союзников освободить и оккупировать всю Европу.

  17 июля 1945 года. Оккупированная Германия. Потсдам, пригород Берлина.

Письмо Трумэна жене:             Вчера,   моя  дорогая,

                                                        Два события произошли,

                                                          Оба — пути  пролагая

                                                     В будущую историю Земли.

                                                    Я встретил Сталина впервые

                                                 И, хоть ужасно робостью томим,

                                                   Верю: во времена штормовые

                                                       Могу   поладить   с   ним.

                                                      Сталин как дьявол умён,

                                                     Обмануть его невозможно.

                                                     Он — всего мира гегемон,

                                                     Его решенья непреложны.

                                                   Мой советник мне доводит:

                                                Европа стала Сталина колонией,

                                                  По всей Европе  уже  бродит

                                                 Русский  солдат  с  гармонией.

                                             Но в Альбукерке вчерашний день

                                              Мы атомную бомбочку взорвали —

                                                    Теперь поймёт любой пень,

                                                      Кому  мы  её  адресовали.

                                                     С этой бомбою стосильной

                                                          Мы   будем   наверху

                                                       И   памятник   могильный

                                                    Построим Сталинскому обуху.

     23 июля 1945 года.  Потсдам. Письмо Трумэна жене:

                                                   Сегодня я сказал Сталину:

                                          «У нас есть бомба страшной силы»,

                                                   Но  он  был  беспечален

                                              И  не  почуял  в  свой  бок  вилы.

  Вечер 23 июля 1945 года. Потсдам. Телефонный звонок Сталина Берия и Курчатову, руководителям проекта  советской атомной бомбы:

                                           Американцы сделали атомную бомбу,

                                             Очевидно, не для немцев, а для нас.

                                                Это — конец   нашему   апломбу.

                                                   Ускоряйте   работу   тотчас!

В России атомная бомба была испытана через четыре года, а водородная  бомба была создана в 1953 году,  раньше американской водородной бомбы.

   5 августа 1945 года. Вашингтон, Белый Дом.  Трумэн и его советник.

     Советник:                     Русские готовят десант

                                       На 150 кораблях — на Японию.

                                              Этот  военный  вариант

                                           Послужит   их   гегемонии,

                                       Согласно договоренности в Ялте,

                                                Когда Рузвельт был жив.

                                          Тогда всё вокруг было  в гвалте

                                              И  вовсе  неясен  наш  актив.

                                         У нас теперь две атомные бомбы:

                                          Не  пора  ль  сорвать  их  пломбы?

Трумэн:                              Немедленно — взорвать,

                                               Никакого сомнения!

                                            Надо русским показать

                                                 Наши   умения.

Американцы бросают атомные бомбы на Хиросиму (6 августа) и Нагасаки (9 августа), но это не оказало решающего влияния на Японию, так как аналогичные по масштабу террористические акты над гражданским населением Японии (и ранее Германии) продолжались уже несколько лет.  Решающим был разгром советскими войсками Квантунской армии — главной военной силы Японии — в течение недели 9-15 августа 1945 года: 15 августа император объявил безоговорочную капитуляцию Японии. Однако военные не подчинились и продолжали сражаться с русскими в Корее, на Сахалине и на Курилах—вплоть до подписания ими капитуляции 2 сентября 1945 года. Это — дата конца Второй мировой войны.   Германия безоговорочно капитулировала 9 мая 1945 года.

                  Часть  7.   Убийство Сталина

Октябрь 1952 года.   Пленум  Центрального Комитета КПСС. Доносятся звуки гимна СССР.

     Сталин:                     Товарищи, вся наша страна—

                                        В   смертельной   опасности:

                                        Врагами  партия  начинена!

                                       Это надо предать гласности.

                                          Поражён головной мозг—

                                         Наше славное Политбюро,

                                           Сионизм заразил в лоск...

                                           Вирус  проник  в  нутро.

                                      В Политбюро — десять человек,

                                            Семь  из  них — евреи.

                                    В России такого не было вовек,

                                            Нас   задушат   змеи!

                                          Берия — наш  главный,

                                           Порядок содержать

                                   В стране советской, славной...

                                         Еврейка — его  мать!

                                Молотов, Ворошилов, Андреев

                                        На еврейках женаты,

                                      В  окружении   евреев..

                                 Они — сионистов  адвокаты!

                                        Дочь    Маленкова —

                                     Замужем  за  евреем.

                                    Это — победа паукова

                                  Над нашим корифеем!

                                    Даже  Хрущёва  сын

                                      На еврейке женат.

                                    Выдал ли им раввин

                                    Брачный аттестат?!

                        О Кагановиче нечего говорить,

                               Еврей — без   утайки.

                              Его   не  в  чем   винить:

                              Он у нас— не зазнайка.

                             В стране их один процент,

                 А в руководстве — больше половины.

                         Как понять такой прецедент?

                           Где — защитные плотины?

                           В США — такая же картина,

                        Да и во многих других странах.

                           Это — настоящая   паутина

                              Еврейских     кланов!

                     Евреи — не только по рождению,

                              Но   и   по   родству!

                      Это — их собственое убеждение.

                             Оно — по    существу.

   Недавно, Reuben, главный рабби Калифорнии, заявил: “There are Jews by birth, Jews by choice, and Jews by association”, имея в виду дочь экс-президента Клинтона, выходящую замуж за еврея и ставшую, таким образом, еврейкой.    В России не понимают этого до сих пор, а Сталин знал.

                           Евреи  служат  Сиону,

                           Это   давно  известно.

                        Как быть нашему фургону?

                      Мы должны подумать честно.

Берия:          Товарищ Сталин, вождь великий,

                       Ленину  и  Христу  равновеликий!

                             У  обоих,   еврейка-мать.

                             Как  нам  это  понимать?

                        Евреи, как известно, создали ЧК

                          И избавили нас от меньшевика.

Маленков:          Товарищу  Сталину — слава!

                             Он врагов бьёт слева и справа.

                              Нашу партию евреи создали,

                             Она ведёт нас в неведомые дали.

                             Евреи—борцы  за  коммунизм,

                             За счастье народа и практицизм.

Хрущёв:                Товарищ Сталин — наш отец,

                               Кто пасёт нас как своих овец.

                                 Он  задачу  нам  поставил

                                  И   решать   её   заставил.

                                Мы  обязаны  ей  заняться

                               И теперь за работу взяться.

   Сталин:             Товарищи, теперь прошу вашего внимания

                             К вопросам, требующим полного понимания.

                                 Я выношу  их    на  ваше   обсужденье,

                            Так как члены Политбюро — другого мненья.

                                   Они — как    слепые   котята,

                              Ничего не видят, дошколята!        (смеётся)

                             Деревенская община — это колхоз,

                            А не фабрика, начальства — психоз.

                              Нельзя  лишать  крестьян  земли,

                             Любовь к ней им предки принесли!

                            Колхозной земли национализация

                            Вызовет государства парализацию.

                            Далее. К Западу бежать навстречу —

                            Не стоит.  Они  хотят  нас  посечь!

                            Каждый год они строят планы

                             Нападения  на  наши  страны,

                            Выращивают свою военную мощь,

                             Они  не  ставят  нас  ни  в  грош,

                           Хотят обратить нас в своих рабов.

                           Какая здесь может быть любовь!

                          И, наконец, что чрезвычайно важно:

                        Национализм—проблема не бумажная!

                          Отдать  власть  местным  кадрам—

                       Значит, сдаться  вражеским эскадрам...

                          Князьки побегут к нашим врагам

                           И   устроят   нам    трам-тарарам.

                              Это  ясно  как  божий  день —

                             То  не  поймёт  лишь  пень!

  После выступлений Берия, Маленкова, Хрущёва  Пленум ЦК не принимает никаких решений по выступлению Сталина. В знак протеста Сталин подаёт заявление с просьбой освободить его от должности Генерального Секретаря ЦК КПСС.

   Маленков:          Сталин — народа вождь и учитель,

                                Он — наш постоянный руководитель.

                           Товарищ Сталин немного устал от работы,

                               К  которой  у  него  сейчас  нет  охоты.

                                    Надо   уважить    его    заявленье.

                               Оно — небольшой усталости проявленье.

   Пленум освобождает Сталина с должности Генсека и назначает на эту должность Маленкова, но эта должность теперь имеет название «Первый Секретарь».

Декабрь 1952 года.   Москва, Сокольники.  Дача Лаврентия Берия.

                                      Заговор: Берия, Каганович, Молотов, Ворошилов

  Молотов:                  Сталин  на  нас  катит  бочку,

                                    Скоро  конец нашему кружочку

                                   Лаврентий, каково твоё мнение?

                                   В твоих руках — наше избавление.

 Берия:                        Хрущёв  клеит  Маленкова.

                                    Хрущёв — гадина дерьмовая,

                                   Парень чрезвычайно опасный,

                                    Хитрый,    змеинообразный.

                                     Он работает под дурачка,

                                     Многие  любят  чурбачка.

                                    Он  снюхался с военными,

                                     Глупцами   блаженными.

  Ворошилов:         Я военных возьму на себя,

                                    Это   будет  задача  моя.

   Берия:                 Подождём,   что Давид скажет.

                             Будем действовать как он прикажет.

 Каганович:         Моя  Сара  тебе  поможет.

                                Это   её   не   покорёжит.

    Давид Бен Гурион (1886-1973) — вождь сионистов, премьер-министр Израиля в то время.

Январь 1953 года. Москва, Кунцево-Волынское, Ближняя дача Сталина. Сталин и его сын Василий, лётчик-истребитель, генерал-лейтенант авиации, участник многих воздушных боёв во время Великой Отечественной войны.

Василий:                Отец,  чувствую,   что-то  неладно,

                                  Что-то  тебя  сильно  беспокоит...

                               Ты к здоровью относишься нещадно,

                              Тебе обратить на него внимание стоит...

Сталин:                     Да... я  здоров   как   бык,

                                Сказать прямо, без заковык.          (смеётся)

                            Нам надо поговорить серьёзно

                              И  обсудить  всё  скрупулёзно.

                                Знаешь,  кто  такой  Сталин?

                             Тот, который говорят гениален.

     Василий:             Конечно!   Это   ты  и   я...

                                Так записано в книге Бытия.       (улыбается)

   Сталин:                  Нет,  сын,  ты — неправ!

                                Это тебе не воинский устав.

                                 Сталин—это  не  ты  и  не  я,

                                  Совсем другая, Вася, колея.

                                      Сталин    больше   нас

                                       В сотни и тысячи раз.

                                  Это — душа и ум нашего рода,

                                  Великого российского народа.

                                 Это — его вера в справедливость,

                                  Где  нет  кастовой  чванливости:

                                        Все  равны  в  его  глазах,

                                     И министр, и простой казах.

                                     Это — вера в великую судьбу,

                                 Что оправдывает жертвы и борьбу.

                                    Это—символ  побед  и  страданий,

                                   Мечта и счастье больших ожиданий.

                                      Это — вера   во   власть   человека

                                       Над силой денег прошлого века.

                                           Сталин — это высший судия,

                                             Как   бог — основа   жития.

                                      Древний Египет жил пять тысяч лет

                                 Вследствие такой веры: в этом — их секрет.

                                      Россия будет цвести пять тысяч лет,

                                     Если исполнит сталинский завет.

  Василий:                  А  если  она  не  исполнит  завет

                               И вместо тебя будет какой-нибудь шкет?

  Сталин:                  Россия как снежная баба  весной

                                  Растает   под   заграничный   вой !

                               На мою могилу нанесут мусора кучу,

                              А недовольные люди поднимут бучу,

                                 Но ветер истории развеет мусор

                                  И  вернёт  славу  моим  русам!

  Василий:          Отец, говорят, много людей невинно

                                Погибло.  Разве  это  не  бесчинно?

 Сталин:               Мой труд сродни работе хирурга

                               Или   постановщика-драматурга.

                               Хирург вырезает больной орган,

                              Чтобы спасти человека от морга,

                                Хотя тому придётся претерпеть

                               Большую  боль... и  не  шуметь.

                               А  раковую  опухоль  оставить—

                               Это жизнь на тот свет отправить.

                           Социальная хирургия гораздо больнее:

                             Коммунизм не построишь на ахинее.

                          Простые нововведения вызывают протест:

                             Картофельные   бунты—известный   тест.

                                Как бы народ жил сейчас без картошки?

                                Остались  бы  от  него  рожки  да  ножки.

                        А скольких пришлось повесить, в Сибирь сослать,

                           Чтобы  народ  заставить  картошку  признать?

                              Коммунизм    труднее   в   миллион   раз,

                       Его людская цена во столько же раз выше подчас.

                         Говорят, слишком много военных расстреляли

                             Перед  войной.   Да  они  бы  перебежали

                                   К   Гитлеру, когда  война началась!

                                      Как  Власов    и    другая   мразь.

                                  А  Тухачевский  давно смотрел туда,

                                   С ним  не помогла бы никакая узда.

                                 В  начале  войны  мы  в  четыре  раза

                           Превзошли Гитлера (не для публичного глаза!)

                                По численности армии, авиации и танков,

                              А он разбил нас, как год  до того — франков.

                                     Генералы  были  как   котята   слепы,

                                      Гитлер  колотил их  всех  как  снопы.

                                       Пришлось  всё  заново создавать

                                        И,   главное,   учиться    воевать.

                                          В  четыре  раза  больше  сил

                                      Всегда  было и у Петра Великого,

                                      Тем не менее, Карл  Петра бил

                                             Как   монгола   дикого.

                             Только под Полтавой Пётр одержал победу,

                                       Мы   шли     по   Петрову   следу.

                                          Войны  я   не   хотел   совсем,

                                         Стремился избежать проблем,

                                       Можно было с Гитлером договориться

                                           И  даже,  возможно,  сплотиться,

                                        Но  Молотов  подставил  для  вторженья

                                   Россию, чтоб защитить евреев от истребленья.

                                      Я  ведь  облепнен  ими  со  всех  сторон,

                                    Ни продохнуть, ни охнуть — страшный сон...

                                         Потрафил он своей жене-жидовке,

                                         Предал свой народ ради мерзавки.

  Карл Великий (1683-1719), “Warrior” — король Швеции, последний варяжский завоеватель, покоривший Речь Посполитую, Прибалтику и Данию,  самый выдающийся полководец своего времени, побеждённый Петром Великим в длительной войне, которая продолжалась 22 года.    Сталин имеет в виду переговоры Молотова с Гитлером в Берлине  13-14 ноября 1940 года, в результате которых Гитлер, спровоцированный Молотовым, решил начать войну с Россией.

                                      Русский  народ — что  пластилин,

                                  Его мял под себя каждый властелин,

                                       А теперь еврейство донимает,

                                      Село  на  его  шею  и  погоняет.

                                   Они разлагают общество и порядок,

                                    Несут с собой власть денег и взяток.

                                   Умница Рамзес:  их из Египта изгнал

                                  И ещё на тысячу лет жизнь Египту дал.

                                   Я  начал  с  ними  борьбу  недавно,

                                  Они тут же побили меня бесславно.

  Рамзес Второй—фараон, правивший Древним Египтом 71 год, 1308-1237 до рождения Христа — абсолютный мировой рекорд монархов — прожил свыше 90 лет. Он изгнал из Египта рабов-евреев во главе с Моисеем, праотцом еврейской государственности.

 Василий:              Ты имеешь ввиду  недавний пленум?

                                 Что   ты   предложил   его   членам?

  Сталин:                Сын, началась смертельная схватка!

                                    У  еврейства — мёртвая  хватка,

                                       Но я всегда побеждал всех,

                                      Будет  и  на  этот  раз  успех.

                               Берия, Хрущёв, Маленков—их  опора,

                                    Убрать  меня  мечтает  эта  свора,

                                      Но у них слишком коротки руки,

                                       К тому ж,  они — так  близоруки!

                                   Они сговорились, действуют вместе,

                                      Сидят  все  как куры   на   насесте.              (смеётся)

                                   Этот аппарат ведёт страну в пропасть,

                                   Надо сначала сломать их оси лопасть.

                                     Это — Хрущёв, главный мерзавец ,

                                         Лукавый      христопродавец.

                                   Он с Булганиным, а Маленков с Берия

                                      Снюхались.    Тяжёлая   артиллерия!

                                      А Хрущёв и к Маленкову липнет,

                                           Он   первым   и   погибнет.

                                   Единственный выход — расстрелять их,

                                    Сначала  Хрущёва — потом  остальных.

  Василий:                А ты не боишься огромной власти Берия?

                                   У  тебя  к  нему слишком  много  доверия.

  Хотя Берия с 1946 года уже не возглавлял НКВД, он сумел создать верную ему команду, «спасая» людей от наказаний.  Формально, он получил повышение, так как обладал чрезвычайными полномочиями в связи с порученной ему задачей создания сверхоружия, чтобы спасти государство от нападения США, которое казалось тогда неизбежным —Третья мировая война. И эту задачу, поставленную Сталиным, он выполнил.

  Сталин:                   Его  все страшно  ненавидят,

                                     Он  это  прекрасно  видит.

                                    Вся   сила   Берии—во   мне,

                                   Он не поверит любой брехне.

                                   Я — сук, на котором он висит,

                                      Я — его    прочный    щит.

                                     Если  они  меня  замочат,

                               Его тоже убьют — он не соскочит.

                                   Умный парень,  он это знает,

                                   Он  прекрасно всё понимает.

    10 февраля 1953 года.  Израиль, Тель-Авив.    Давид Бен Гурион, премьер-министр Израиля.      Хаим Вайцман, друг Бен Гуриона, недавний президент Израиля (до 8 ноября 1952 года)

      Вайцман:                          Давид,  действовать  пора!

                                                  Плохие  вести  из-за  бугра:

                                                    Моя   сестра   арестована,

                                           Обвинения против неё сфабрикованы,

                                                Дело врачей-евреев в разгаре.

                                               Надо  подумать  о  контрударе,

                                               Нашим людям грозит смерть?!

                                               Больше  нельзя  лицемерить...

    Бен Гурион:                   Хаим, прошу,  не  паникуй,

                                               Дела — толкуй, ни толкуй,

                                              Все — под моим контролем.

                                              Скоро  над  русским  полем

                                                Будут    панихиду     петь —

                                               Они почувствуют нашу плеть.

                                            В их посольство брошена бомба,

                                              У  них  уже  нет  того  апломба,

                                             Разрыв отношений неизбежен,

                                                Враг     будет    обезврежен.

                                              В Политбюро почти все — наши.

                                              Переполнилась терпения чаша!

                                                Я  дал  Лаврентию  указание,

                                              Они сообща готовят наказание.

                                               Сталину скоро придёт конец,

                                              Считай,  что  он  уже  мертвец!

                                                 Нас  били две тысячи лет,

                                               Теперь пришёл наш черед.

                                             Пришла  пора русским плакать,

                                              Мы   не   будем   им   потакать.

                                    Мы объявили войну Германии 20 лет назад

                                            И превратили её в кромешный ад.

                                           Теперь Германия лижет наш сапог —

                                              Так   повелел   наш  Иегова-бог!

                                          Теперь мы объяляем России войну —

                                          Я   в   бараний   рог   Россию   согну!

                                          Это — мой приказ всем евреям мира,

                                         Россию будет  разить  Иегова секира.

                                           Возьмём  вождей  России  за  яйцо,

                                            Заставим их кушать наше говнецо,

                                              Поднимем   всюду   шум   и   гам,

                                              Положим Россию к нашим ногам!

                                             Евреи — золотой фонд человечества,

                                               Душа   Сиона — нашего   отечества.

                                        Мы возьмём власть в мире—год за годом:

                                             Иегова  избрал   нас   своим  народом.

   21 февраля 1953 года.  Москва, Сокольники.    Дача Берия.                                      

      Никита Хрущёв, Лаврентий Берия, Маленков, Булганин.

   Берия:                       Никита, у тебя над головой — туча.

                                       Твоя   гибель   теперь   неминуча!

                                         Хозяин  дал  мне  свой  диктат—

                                          Искать   на   тебя   компромат.

                                           Что ты собираешься делать?

 Хрущёв:                            Его   необходимо  заделать...

                                           Лаврентий, ведь вслед за мной

                                          Он шлёпнет и тебя, мой дорогой!

                                       Ты  же  знаешь  его  метод  прекрасно,

                                   Каждому из нас это грозит теперь ежечасно.

                                         В твоих руках все бразды управленья,

                                       Он у тебя под контролем, без сомненья.

                                           Власика  ты  убрал  его  же  руками,

                                      Вся его охрана теперь под твоими ногами.

                                        Поскрёбышева и Виноградова забрали,

                                              Твои  люди  на  их  место  стали.

                                                Охрана,   врач   и   секретарь —

                                               Ты теперь над ним господарь.

   Верные люди Сталина: генерал Власик, начальник личной охраны Сталина;   член ЦК КПСС Поскрёбышев,  личный секретарь Сталина; Виноградов, личный врач Сталина—были арестованы по ложным доносам Берия.

  Берия:                       Никита,   ты  у  нас   партийный   босс...

                                  Слушаю твой приказ, родосский колосс!

                                       Тогда   поделим    власть   так:

                                      ( И чтобы не было потом драк!)

                                     Маленкова — главой государства,

                                       Мне — КГБ  и  МВД   мытарства,

                                       Булганину—оборону   и   войска,

                                  А тебе — руководство партийного возка.

  КГБ и МВД—секретные службы и милиция, которые тогда фактически управляли всеми важнейшими делами государства.

  Маленков. Хрущёв, Булганин:  Лаврентий, ты рассудил всё справедливо,

  (все вместе)                                    Ты,  гений,  разрешил всё верно на диво!

                                                                        Нам  нравится  эта подать,

                                                                        Давай, будем так работать!

    Берия:                                                      Тогда, ровно через неделю,

                                                                    ( В ночь на воскресенье целю)

                                                                      Соберёмся у Сталина на даче  —

                                                                       Решим там все наши задачи.

  Ночь с 28 февраля на 1 марта 1953 года.  Москва, Кунцево-Волынское.  Ближняя дача Сталина. Сталин, Берия, Маленков, Хрущёв, Булганин. Доносятся звуки солдатской лирической песни «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат...»

  Сталин:                               Я собрал вас по предложенью Маленкова:

                                                     Решить проблему    врачей-евреев.

                                                       Нам    нужна    рукавица    ежова,   

                                                     Чтобы наказать виновных злодеев.

                                                  Выпьем-закусим по русскому обычаю,

                                                  Поговорим  по-дружески  за  столом,

                                                  Поделимся  каждый  своей  добычею,

                                                  Потолкуем  по-братски  о  том,  о  сём...  

                                                      Лаврентий пусть будет тамадой,

                                                      Он  у  нас  всех  дел  вершитель,

                                                      Держит  коней  стальной  уздой,

                                                      Наш    верный   ангел-хранитель.    

                                                        Это  будет  мой  первый  тост,

                                                        К   нашему   согласию — мост!       

  Берия:                                Спасибо, товарищ Сталин, за доверие! 

                                                Команда  под  руководством  Берия

                                                Создаёт  бомбу неслыханной мощи

                                                (Атомная бомба в сто раз её тоще).    

                                           Можно будет диктовать наши условия

                                                  Америке— без    прекословия.          

                                           За Андрея Сахарова — русского гения

                                          Я  предлагаю тост,  с благоговением !   

                                            Он — нашего   сверхоружия  творец,

                                           Его-то   мы    дождались,    наконец!   

  Андрей Дмитриевич Сахаров (1921-1989)—«отец» советской водородной бомбы, опередивший «отца» американской водородной бомбы,  Эдварда Теллера (1904-1996).  Это творение Сахарова было успешно испытано 12 авуста 1953 года, уже после гибели и Сталина, и Берия.  А 22 ноября 1955 года была испытана ещё более совершенная ядерная бомба Сахарова, которая с  того времени стала гарантом мира и  главной защитой России  от  американской  интервенции.

   Сталин:                                  Я    всегда    говорил:

                                              «Наши учёные могут всё!»

                                           На шею американских громил 

                                                Мы    накинем    лассо.

                                            Видите, обошлись без евреев:

                                         Русские учёные — на всё способны,

                                               Для      русских     корифеев

                                         Евреи-учёные — более низкой пробы.

                                              Можно будет жить спокойнее,

                                         Американцы побоятся на нас напасть

                                              И  к  планам  атаки  разбойной

                                                 У    них    пропадёт    страсть.

                                                   Давай-ка, Никита,  спляши,

                                                    Свои    уменья    покажи!

  Никита Хрущёв пляшет гопак, все  хлопают в ладоши. Веселье продолжается до утра. Все клянутся Сталину в любви и дружбе и выражают полное согласие с ним по еврейскому вопросу. Сталин закрывает собрание. Все уходят, Берия задерживается.

   Берия:                         Товарищ Сталин, я нашёл кое-какой

                                               Компромат   на   Хрущёва...

                                               Для     ярости      людской —

                                                   Неплохая    основа...

    Сталин:                          Хорошо. Только  быстрее...

                                                   Я  хочу   спать...

                                             Берегись этого фарисея,

                                            Он продаст родную мать.

 Берия делает знак. В комнату входит женщина с папкой, сотрудница Берия, знакомая Сталину. Подойдя к Сталину, она плескает в его лицо жидкий хлороформ. Сталин теряет сознание.

   Берия:                              Сара, сделай ему  укол,

                                             Чтобы вызвать инсульт!

                                             Давай накажем произвол

                                              И  его  личности  культ.

                                               Ты же врач, и неплохой—

                                               Для  работы столь лихой.

                                             Сделай укол не предельный

                                                      Для   такого   гения,

                                                Никак   не    смертельный,

                                             Чтобы не вызвать подозрения.

                                                Добьёшь потом, постепенно,

                                                    В    процессе     леченья.

                                                В   таком   деле  непременно

                                                Не должно быть упущенья.

   Сара-врач:                        Мы — евреи, не промажем,

                                               Свою  силу   мы   покажем.

  Сара  делает укол Сталину. Они вдвоём укладывают его в постель и уходят. Берия распускает охрану:  «Хозяин почивает и просил его не беспокоить.» Только 2 марта охрана и врачи проникают  в комнату Сталина и начинается его «лечение». На следующий день Берия, Каганович, Хрущёв, Молотов, Маленков, а также Светлана и Василий Сталин, собираются у постели Сталина. Он—без сознания. Вдруг Сталин открывает глаза, его правая рука поднимается и делает угрожающий жест. Каганович бросается на колени и целует его руку. Рука опускается, а глаза Сталина закрываются навсегда. Пятого марта собирается Пленум ЦК КПСС, на котором заговорщики делят власть как договорились. После этого заговорщики едут к постели Сталина и врач делает ему последний, смертельный укол. Весь мир — в трауре. Вся Россия — в слезах. На похоронах Сталина, в давке, погибает несколько сот человек.

 А через три месяца Хрущёв организует заговор военых во главе с маршалом Жуковым. Они заманивают Берия в ловушку и немедленно расстреливают его как  шпиона, но сообщают об этом только шесть месяцев спустя.  Позже Хрущёв избавляется от своих друзей: Маленков, Жуков, Молотов, Каганович, Ворошилов, Булганин один за другим отправляются в отставку/изгнание. Светлана, дочь Сталина, бежит за границу, а Василий Сталин погибает при странных обстоятельствах.  В 1956 году, на създе КПСС  Хрущёв выступает с докладом, в котором разоблачает культ личности Сталина. Единственная рациональная цель этого доклада — оправдать заговор и убийство Сталина,  коль  скоро  это обнаружится.

Берия начал проводить политику национализации  колхозной собственности, сближения с Западом и  передачи власти местным, национальным кадрам — всё то, против чего Сталин был резко против (см. выше его речь на Октябрьском пленуме). Сталин хорошо понимал опасность местничества и национализма. Он всегда отстаивал консолидирующую/руководящую роль русского народа, без которой существование России невозможно. В то время Запад  признавал это естественное историческое развитие, поэтому Советский Союз на Западе обычно называли тогда Россией.       Политика Берии была продолжена всеми последующими руководителями и в 1991 году привела к распаду России.